В Петербурге протестантский пастор принял Православие

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ. Сергей Романов, известный петербургский поэт-песенник (песни на его стихи пели Алла Пугачева, Валерий Леонтьев, София Ротару и Николай Басков) и протестантский пастор с двенадцатилетним стажем, перешел в Православие.

В интервью по этому поводу он, в частности, сказал:

«По профессии я поэт, член Российского союза литераторов, филолог. Родился в Уфе, в 1982-м переехал в Питер (тогда Ленинград), работал с композиторами Давидом Тухмановым, Игорем Крутым, Александром Барыкиным. Вместе с композитором Александром Морозовым был одним из создателей группы "Форум", писал для нее песни. Уверовал в Бога в 1991 году, крестился в церкви евангельских христиан, в течение двух лет преподавал Библию в петербургских школах, позже принял рукоположение и стал пастором церкви.

Причин, почему я перешел в Православие, много. Анализируя Писание и труды православных богословов, наблюдая за происходящим в христианских конфессиях, церквах, я пришел к выводу, что протестанты во многих вопросах заблуждаются. Отцы Реформации, стараясь освободить Церковь от всякого рода человеческих наслоений и заблуждений, на мой взгляд, перестарались: выплеснули вместе с водой ребенка. Это было главной причиной моего перехода в Православие: я не мог больше раздваиваться.

Церковь, в которой я служил, была необычной. Мы использовали во время богослужения иконы и хоругви, пресвитер был облачен в священнические одежды, причастие считалось Таинством. При этом сама форма богослужения была евангельская: проповедь, песнопения, свободные молитвы, произносимые на понятном русском языке. Подобные общины существовали и прежде. Например, Евангелическая русская церковь, другие церкви. Мы просто всегда любили Православие и никогда не воевали с ним. Я защищал православных, когда на них нападали адепты других учений. Еще у нас была идеалистическая мечта соединить православный и протестантский опыт, приблизить Церковь к простому народу, которому не всегда понятны православные обряды и церковнославянский язык.

Я крестился в евангельской церкви, с формулировкой "Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа", такое крещение в Православии считается действительным. В Библии (равно как и в Символе Веры) говорится только об одном крещении, которое может преподаться верующему человеку: "Один Господь, одна вера, одно крещение" (Еф. 4:5). Когда я принимал Православие, надо мной был произведен чин миропомазания, которого нет у протестантов. В тот же день я причастился. Переосмысление некоторых вещей, которые мне казались естественными и библейски обоснованными, произошло позже. Покаяние ведь "заказным" не бывает. Каждый кается в том, до чего дорос и до чего "дозрела" его совесть.

Переход в Православие сопровождался большими переживаниями. Для меня это был в чем-то драматический момент. Ведь я оставил общину, которую любил и в которой любили меня, тосковал по людям, с которыми меня многое связывало. Иногда мне звонили прихожане и просили вернуться.

Еще за полгода до этого события у меня состоялась встреча с митрополитом Кириллом. Меня волновал вопрос, смогу ли я, пастор евангельской церкви с 12-летним стажем, быть задействован в Православной Церкви. Владыка заверил меня, что да, смогу. И даже помог найти в Петербурге такую общину, где мне будут рады. Такой церковью оказался приход храма Феодоровской иконы Божией Матери, где настоятелем служит отец Александр Сорокин, сын известного православного служителя протоирея Владимира Сорокина. Отец Александр Сорокин - можно сказать, мой коллега, он - председатель издательского отдела Санкт-Петербургской епархии, редактор журнала "Живая вода". Он прекрасный служитель, богослов, имеющий широкие взгляды.

Понимание слов "служение" и "служитель" у православных и протестантов отличается. В православном понимании "служители" - это настоятель церкви, батюшка, дьяконы, непосредственно те, кто задействованы в литургии. В протестантском - лидеры евангельских групп. В иных протестантских общинах разрыв между пастором и прихожанами в этом смысле - минимальный. Кто-то из прихожан говорит слово (проповедует), кто-то ведет домашнюю группу, кто-то возглавляет молитвенное общение, и т. д. и т. п. Их именуют служителями. Перейдя в Православную Церковь, я остался в чем-то прежним, в душе ощущал себя (и до сих пор ощущаю) служителем. К счастью, в нашем приходе это поняли и дали мне возможность проводить при храме библейские уроки. Библейские уроки (я назвал этот курс "Библейские истины") - это тематические занятия на тему "Что говорит Библия о…" (крещении, спасении, конце света, о любви, и т. д. и т. п.). Я такой... как бы это сказать, заштатный (или еще лучше: внештатный) служитель. Кроме того, настоятель церкви о. Александр благословил меня и группу бывших протестантов, перешедших в Православие, на посещение больниц и проповедь Евангелия среди болящих. Оказался востребованным в Церкви и другой мой труд: газета "Вечный Зов", которая в храме распространяется и которую прихожане с интересом, как мне думается, читают.

В протестантизме много положительного. В свое время мы много об этом говорили с Владыкой архиепископом Михаилом (Мудьюгиным), и он высоко отзывался о своем опыте общения, например, с лютеранами. Он считал их не сектантами, но братьями, хотя и "заблуждающимися в смысле своего вероучения" (дословная цитата). Я думаю, Православная Церковь могла бы многое взять на вооружение из протестантского опыта. Протестанты активны, ответственны. Они неплохо знают Библию, у них накоплен богатый опыт в плане построения живой и действующей церковной общины, они реально заботятся друг о друге, по-христиански милосердны и жертвенны. А успехи в евангелизационном и в социальном служении? Они несомненны.

Некоторые православные, говоря о евангельских христианах, заблуждаются. Даже такой известный просветитель, как дьякон Андрей Кураев, в своей книжке, посвященной этой теме, порой срывается на суровый обличительный тон, говоря зачастую о том, чего сам не пережил и чего не знает.

Я люблю протестантов. Я их понимаю, сочувствую им. Я с ними. И они с интересом со мной общаются. И вообще: есть люди, называющие себя православными, но являющиеся по сути сектантами, человеконенавистниками, а есть инославные, являющиеся православными не по букве, но по духу. Все определяет степень любви - к людям, к Богу, к стране, в которой ты живешь. Ярлыки - ничто.

Бог живет везде. Его не может вместить ни одна Церковь, ни одна конфессия. И даже Библия Его не вмещает, Он неизмеримо больше. Кстати, не все протестанты знают, что фактом существования Библии, которую они так любят и которую без конца цитируют, они обязаны прежде всего Православию. Конечно же, люди, ищущие Бога и пребывающие в Слове, Бога находят. И Бог действует в их жизни. Это несомненно.

Но в Православии есть глубина, которой нет в других вероучениях, бесценный опыт, и это меня привлекает. В Православии есть, куда расти. А протестантизм - это начало пути. Юношеский или подростковый период. Я так это воспринимаю.

Протестанты сейчас в некоторой растерянности, потому что они не знают, что им дальше делать. Одни в бизнес подались, другие - в политику, третьи - ушли с головой в социальные программы: служение наркоманам и заключенным. Народ не принимает чужое, а изменить свой менталитет и форму подачи Евангелия людям они не могут. Видите ли, основная причина их "страданий" - в том, что они до сих пор не могут стать "своими" в своей стране. Во многом они являются западным продуктом. Посмотрите книги, которые выпускают протестантские издательства. Сплошь американцы! А на какие деньги существуют многие миссии, церкви, средства массовой информации? На деньги тех же американцев. И при этом многие из них занимаются самопиаром, толкуя постоянно о каких-то национальных, русских корнях, не забывая при этом критиковать Россию, ее культуру, а заодно и Русскую Православную Церковь. Я говорю не о простых прихожанах, а, прежде всего, о протестантских лидерах.

Вообще, факты перехода верующих из одной общины в другую имелись и раньше. Сначала люди, считающие себя православными, шли к протестантам, сегодня маятник качнулся в другую сторону: многие протестанты идут в Православие. Недавно к нам в храм пришел пастор методистской церкви вместе со всей своей семьей. А еще несколько петербургских евангельских церквей пригласили меня посетить их собрания и рассказать о моем опыте пребывания в Православной Церкви. Думаю, у них не праздный интерес.

Это зов неба и крови. Для кого-то причиной является разочарование в служителях (бывает такое!) и вероучении, для кого-то - несовпадение теории и практики, кому-то надоело быть чужим в своей стране. Но главной причиной я бы назвал жажду дальнейшего духовного роста. Когда человек останавливается в своем духовном развитии - он ищет новые пути.

В первое время мне было трудно понять православную литургию, резал слух иной, непонятный мне язык. Я ведь говорю и мыслю на родном, русском! Смущала каноничность литургии, где нет простора творчеству, где священник не может отклониться от заданной формы, были непривычными песнопения, имеющие в большинстве своем минорный характер, и вообще некоторая пафосность литургического действа. Я просто не ощущал вкуса Православия, будто видел картинку, которая все никак не оживала. Однако на 3-й или 4-й месяц моего перехода в Православие эта картинка все-таки стала оживать. У меня стали открываться глаза. Я ощутил какую-то особенную благодать и полноту любви, ощутил свои духовные корни. Это такое необъяснимое, я бы сказал, блаженное состояние!

Когда некоторые протестанты говорят, что Православная Церковь мертва, и в ней не живет Бог, я поражаюсь: ну как они за Бога решили, где Он живет и где не живет! Живет, да еще как! Это же Его родная, любимая Церковь, которую Он Сам создал. И врата ада за 2000 лет не одолели ее! Вот они проповедуют Писание, говоря: Бог живет среди славословий народа Своего. А в православной литургии Его славят аж 2 часа подряд, да еще не один раз в неделю!

Православные верующие, безусловно, отличаются от протестантов. Наш приход составляет приблизительно 150 человек, причем большая часть из них - молодежь. Это достаточно активная, жизнедеятельная община. Много людей с высшим образованием: преподавателей ВУЗов, техникумов, школ, лиц с высшими учеными степенями. Есть люди, неплохо знающие Библию, закончившие заочные православные курсы и учебные заведения.

На мой взгляд, по сравнению с протестантами, православные как христиане более смиренные и кроткие, не такие эмоциональные. Конечно, они в меньшей степени, по сравнению с протестантами, заняты проповедью Евангелия неверующим людям. Это минус. Однако они в большей степени настроены на то, чтобы свидетельствовать о вере во Христа своей личной жизнью и поведением. Кроме того, я бы отметил и тот факт, что протестанты в большей степени космополиты, в их среде сильно влияние западной культуры и богословия. Православные же ориентированы на нашу русскую культуру, их взгляды более сбалансированы. Они более аскетичны.

Человеку подчас трудно распорядиться свободой, которую ему дал Бог. И она употребляется не во благо. Православная Церковь за 2 тысячи лет выработала хорошие механизмы, помогающие человеку правильно воспользоваться этой свободой. Один из инструментов - посты, чтение ежедневных молитвенных правил, обязательная исповедь, литургическая жизнь, чтение Евангелия и святоотеческой литературы. Это добровольное ограничение собственной свободы во славу Господа, которая ведет к еще большему познанию Бога. Как сказал Господь Иисус: "И познаете истину, и истина сделает вас свободными" (Иоанн, 8:32). Это неплохо, скажу я вам, и очень даже полезно!

По-новому открылись слова Апостола Павла, сказавшего о том, что мы, верующие, призваны со страхом и трепетом совершать наше спасение (Фил. 2:12). Ведь протестанты считают, что они уже спасены. А раз спасен - значит, можно и расслабиться? В Православии я как-то по-особенному ощутил свою немощность, греховность и нужду в покаянии. Покаянии не одномоментном, а глубоком и непрестанном. Ежедневном. Православное вероучение расширило рамки моего видения и понимания греха. Я понял: чем больше приближаешься к Богу, тем острее осознаешь свою греховность и несовершенство. Слезы покаяния рождают особую благодать, покой и мир. Сильная сторона Православия - необходимость исповеди перед совершением Таинства Евхаристии.

У протестантов практически отсутствует учение о Небесной Церкви. Спроси любого протестанта, что делают святые на небе, он затруднится ответить, хотя об этом немало сказано в Новом Завете. Православное же учение ясно говорит, что святые на небе продолжают свое служение Богу, выполняют Его поручения, молятся за нас. И вот, предположим, к пастору подходит молодая прихожанка в слезах: "Мой папа умер!" - "А веровал ли твой папа в Бога? - спрашивает пастор. - Читал ли Библию, посещал ли церковь?" - "Нет!" - "И Христа своим Господом не исповедовал? И не покаялся перед смертью?" - "Нет, пастор. Я за него переживаю. Скажите, где будет его душа?" - "Ну… - мнется пастор. - Ну…"

"Ну" - это единственное, что он может ей сказать. Согласитесь, немного. Понятно, что согласно учению протестантов неверующий папа девушки должен быть в аду. Девушке же предлагается быть счастливой, зная, что ее любимый папа будет вечно мучиться в аду. А что же Православная Церковь? Она будет за папу молиться (если последний был крещеным) и просить Бога о прощении его грехов: Бог милостив, Он все может, Христос имеет ключи от ада и рая. Чувствуете разницу? Да и логически рассуждая: какой человек может уйти на небо абсолютно чистым, исповедовав абсолютно все свои грехи? Возможно такое? А если нет, то почему евангельские христиане не совершают заупокойных молитв - отпевания своих членов?

Я думаю, что слухи об ущемлении Русской Православной Церковью протестантов и их прав несколько преувеличены. Зачастую это попытка привлечь к себе внимание. Ну, может, где-то и ущемляют - за некоторую глупость, прозелитизм, бестактность по отношению к Православию. Это может быть связано также с предубеждением и незнанием, кто такие протестанты. Ну а кто должен эту информацию до православных доносить - не сами ли протестанты? Вообще, за полтора года пребывания в моей общине я ни одного плохого слова в адрес протестантов не услышал! Более того, тех евангельских христиан, которые иногда приходят к нам в храм на богослужение, как правило, встречают тепло и с радушием».

Regions.Ru/Седмица.Ru