Сегодня мы переживаем времена духовной неопределенности и религиозного кризиса. Романтика девяностых безвозвратно ушла, а на её смену пришли времена жесткого реализма. Многие церкви и даже целые союзы оказались в состоянии духовного регресса. Если раньше рост церкви необходимо было только регулировать, то сейчас об этом практически не говорит никто и даже те, которые им хвалились. Уже давно стало модным объяснение сегодняшнего упадка, как состояния очищения рядов, когда уходят те, кто в общем-то и не был возрожден, но попал в религиозное собрание случайно, под шумок, или из-за выгоды. Сейчас уже не модно вести статистику роста церкви или говорить о численном количестве собраний, это и понятно, потому что количество заметно уменьшилось даже у тех, которые раньше кичились феноменальным ростом своих «мегацерквей».

Мы находимся в состоянии кризиса… И этот кризис коснулся всех сторон человеческой жизни – политической, экономической, социальной, духовной и религиозной. Все, что работало раньше, не работает сегодня. Все, что было эффективно вчера, становится не эффективным сегодня. Вспоминаются слова Дитриха Бонхеффера: «Мир стал совершеннолетним…» – т.е. не принимающим традиционные и уже состоявшиеся схемы и парадигмы решений. Что делать? Как быть? Такие вопросы все больше волнуют думающую христианскую общественность.

Анализируя сегодняшнюю обстановку в церквях, необходимо отметить не только хроническое состояние кризиса в сфере руководства, но и плачевное состояние церковных структур, которое повлекло за собой разрушение духовности многих людей, пришедших в церковь за последние 20 лет. Что мы видим? Обещания 90-х – неисполнены… Те, кто обещал здоровье и процветание, на самом деле так и не смогли выйти из состояния нищеты. Те, кто говорил о Божьем благословении, умалчивали о Божьем избрании и суверенитете. Фактически рост церкви в 90-е прекратился после 2000 года. Сегодня не многие идут в церковь. Почему? Люди разочарованы не меньше, чем отягощены желанием материально обогатиться. Все схемы о том, что если ты дашь Богу, то Он отдаст тебе в десять раз больше – уже не работают… А то, что происходит сегодня в церкви, можно назвать кризисом церковной структуры и ее руководства, который в свою очередь дестабилизирует жизнь всей общины. Этот кризис имеет несколько причин.

Первая причина кризиса – это превращение церкви из духовного организма в религиозную организацию. Организационные структуры имеют задачу сохранить людей, не потерять их. Но с другой стороны, люди, оставшиеся в церковной структуре, теряют духовную силу, соблюдая уставы, правила, предписания. Такое впечатление, что духовность измеряется размером, цветом и стилем одежды, количеством служений и посещаемостью церковных богослужений. Духовная жизнь верующего человека переместилась в воскресенье, а точнее, во временной промежуток посещения церкви. То, за что упрекали евангельские верующие разных деноменаций православных и католиков – в том, что их члены церкви – это просто прихожане, – теперь стало реальностью для многих евангельских церквей. Только портрет прихожанина отличается, а в сущности, все похоже.

Вторая причина кризиса вытекает из первой и касается церковного руководства. Руководство напоминает или начальство на производстве, или же директоров малого или  среднего бизнеса. Есть четкая или не четкая субординация, вертикаль. Где-то она явно выражена, а где-то она прикрыта «бархатом» пасторского авторитета. Совет служителей напоминает совещание начальства церкви, которое живет совсем другой жизнью, чем большинство людей, посещающих церковь. А так как портрет руководителей церкви не имеет четких границ, поэтому мы можем увидеть в церковном руководстве и бизнесменов, и политиков, и просто деловых людей. С одной стороны, то, что церковные лидеры могут заниматься бизнесом или политикой не является чем-то плохим. Плохое заключается в том, что лидером церкви может стать человек, у которого организаторские качества сильнее его духовных качеств. А личность с сильными духовными качествами, может остаться в стороне из-за недостатка влиятельности и внешних достижений. И это пугает! Вместо того чтобы больше посвятить себя на дело церкви, многие служители идут в политику или в бизнес. Вследствие этого возникает проблема обесценивания духовного руководства. Недостаток идейности порождает бесхребетность, прагматизм и поиск выгоды.

Третья причина кризиса – комерциализация церкви. Это выражается в том, что церковь превращается в организацию по предоставлению религиозных услуг. Эти услуги касаются следующих вещей – здоровья, успеха, взаимоотношений, характера, загробной жизни и т.д. Следующий момент это финансовая сторона. Ничто так не разделяет людей в церкви, как вопрос денег. Это касается также и финансовой поддержки служителей. Хотя Библия и говорит о финансовой поддержке служителей, но она никогда не подразумевала, что служитель – это профессия, целью которой является обогащение одних за счет других. В результате чего, церковь стала еще одной бизнес структурой с религиозным подтекстом.

Все эти причины приводят к тому, что церковь потеряла свою духовную силу и уже не привлекает людей. Нет духовной силы, но есть лицемерие и фарисейская религиозность. Что делать? Как выйти из кризиса?

Ответить на эти вопросы нелегко. Прежде чем определить эффективную стратегию выхода из кризиса, необходимо осознать, что церковь – это сообщество Божьего народа, и в плане организации и структуры она является феноменом. А все организационные элементы могут парадоксально совмещаться в церкви и создавать в ней неповторимый симбиоз. Практически все организующие элементы общества могут присутствовать в церкви. Она может быть и семьей, и организацией, и народом, и социумом (обществом), и общиной; она может принимать черты партии или деноменации, секты или религии. Также нужно признать, что общественный уклад жизни часто переносится в церковь автоматически, и это создает как определенные проблемы, так и определенный колорит.

Понимая всю сложность проблемы, необходимо пойти на следующие шаги, чтобы церковь смогла выйти из существующего кризиса.

Первым шагом является осознание того, что церковь это социум, который необходимо преобразовать в духовный организм (тело Христово). Другими словами, церковь как социум имеет свой путь преобразования.

Второй шаг – это отказ от системы мышления, которая поощряет развитие церкви как религиозной организации. Это один из самых сложных шагов, но его необходимо сделать. Церковь – это не организация, поэтому ее нельзя измерять, как успешную или не успешную религиозную организацию на основании численного роста, инфраструктуры и достижений. Это также подразумевает, что церковь не должна искать стимуляторов роста. Движение за рост общин, переросшее в индустрию мегацерквей, является «троянским конем» церкви, забывающей, что она всегда остается «малым стадом» в этом мире, и ее путь узкий и тернистый.

Третий шаг – это признание того, что церковь это братская община, где нет вертикали, но есть разная ответственность, основанная на принципе взаимодополнения и взаимопомощи. В этом плане показательны некоторые идеи евангельского движения, которое развивалось в конце ХІХ – начале ХХ и отличалось тем, что не имело ни структуры и ни вертикали. Это движение было занесено в Россию Плимутскими братьями и имело невероятный успех, и численный рост. Прежде всего потому, что каждый человек ощутил себя значимым в церкви, где не было структуры, иерархии и субординации.

Четвертый шаг, это возрождение ученичества и наставничества. Раннехристианская община была сообществом учеников, которая возрастала в учении апостолов. Тогда не было воскресного прихода и номинальной духовной жизни. Церковь собиралась по домам и жила повседневной христианской жизнью.

Пятый шаг – это путь сближения между церковным руководством и всей общиной. Церковное руководство не должно отделяться от остальных и не должно рассматриваться, как совет директоров церкви. Здесь не должно быть и анархии. Нужно понимать, что руководители церкви – это те братья, которым церковное собрание делегировало полномочия вести церковную общину подобно тому, как пастырь ведет своих овец.

И да поможет Господь многим евангельским церквям выйти из кризиса для того, чтобы действительно быть солью и светом этого мира!

Константин Тетерятников

магистр служения, координатор «Школы без стен» в Полтавской области.